НАЧАЛО ВОЙНЫ
Подвиг пограничников Чилеевской заставы
Бой 5–й пограничной заставы 17–го Краснознаменного Брестского пограничного отряда 22 июня 1941 года.
Тревожная ночь
В июне 1941 года в бывшем панском имении в 150 метрах восточнее деревни Чилеево располагалась 5–я линейная пограничная застава 17–го Краснознаменного пограничного отряда. Участок границы, находившийся под ее охраной, проходил по Бугу от устья реки Лесна до деревни Добранеж и составлял 6 километров. Командовал заставой младший лейтенант Петр Григорьевич Богомаз. Помощник начальника заставы — лейтенант Константин Александрович Георгиевский. Заместитель по политической части — политрук Иван Павлович Сорокин. Штатное вооружение заставы составляли два станковых и три ручных пулемета, карабины и винтовки Мосина, несколько револьверов и пистолетов ТТ, гранаты. Численность заставы — около 70 человек.

С конца мая застава несла службу в усиленном режиме. Участились облеты линии границы немецкими разведывательными самолетами. Пограничные секреты докладывали о сосредоточении на той стороне Буга у разрушенного моста инженерного и саперного оборудования. Прежнюю немногочисленную пограничную охрану сменили усиленные патрули вермахта. Все чаще на западном берегу появлялись рекогносцировочные группы немецких офицеров, зачастую уже и не особо маскируясь. Обо всем этом Богомаз регулярно докладывал в штаб 2–й комендатуры. В ответ раздавалось неизменное: усилить бдительность...

Вечером 21 июня на заставу прибыли представители из комендатуры и штаба отряда. Среди них — начальник 1–го отделения штаба 17 КПО капитан Семен Максимович Гриненко.

Без четверти четыре утра раздался звонок по внутренней связи от правофлангового секрета возле деревни Добранеж. Встревоженный голос старшего наряда доложил, что на сопредельной стороне слышны звуки моторов тяжелой техники, сквозь кустарник на том берегу отчетливо наблюдаются проблески ручных фонарей. Через несколько минут о том же самом сообщил секрет, располагавшийся на стыке с 6–й заставой у разрушенного моста у Колодно. Только решили, посоветовавшись, позвонить в комендатуру, как со стороны Буга раздался грохот, в первую секунду показавшийся Богомазу раскатом грома. Но затем накатился такой сплошной гул, что отпали всякие сомнения — открыла огонь немецкая артиллерия.

Настенные часы–ходики показывали четыре часа пятнадцать минут утра, 22 июня 1941 года.
Петр Богомаз.
Иван Сорокин.
Семен Гриненко.
Застава поднята по боевой тревоге
4.15 — 4.35

Капитан Гриненко пытается установить связь со штабом отряда в Бресте и с комендатурой в Мотыкалах. Линия с Брестом молчит. Удается связаться с комендатурой. Комендант 2–го пограничного участка старший лейтенант Тропин докладывает, что с застав сообщают об артиллерийском обстреле почти по всей линии государственной границы. Гриненко отдает ему распоряжение действовать по плану боевой тревоги и до полного прояснения обстановки сам остается на 5–й заставе и помогает начальнику заставы Богомазу организовать оборону границы.

4.35 — 6.00

На участке в несколько сот метров ниже деревни Колодно линию границы пересекли больше двадцати штурмовых лодок. Пограничный наряд, расположенный у разрушенного моста, успевает доложить на заставу и открывает огонь. Несколько штурмовых лодок, уклоняясь от огня пограничников, сталкиваются друг с другом и переворачиваются. Но остальные достигают берега.

Напротив деревни Добранеж Буг также пересекают штурмовые лодки.

В воды реки устремляются немецкие танки подводного хода. За ними переправляется вторая волна пехоты на резиновых лодках и расширяет захваченные плацдармы.

Группа усиления начальника заставы Богомаза попадает под артиллерийский обстрел на высотах у Галачево и не может пробиться к линии границы.

Пограничные наряды своими огневыми средствами не в силах остановить распространение немецкой пехоты. Наряд у разрушенного моста в количестве четырех человек погибает. Из правофлангового наряда у деревни Добранеж погибает пограничник Виктор Андреевич Медведев. Пограничник Пантелеймон Дмитриевич Юрийчук из этой же группы попадает в плен.
Героическое утро
6.00 — 7.00

Первые снаряды немецкой артиллерии разрываются в расположении заставы и в деревне Чилеево. Пограничники укрываются в ходах сообщения, копать которые закончили только накануне вечером. Воздух наполнен какофонией, кислым запахом разорвавшейся взрывчатки и чем–то еще, незнакомым и неумолимо тяжелым. Войной? Сомнений не остается.

Раненных при артобстреле пограничников перевязывают и размещают на койках в казарме. Остальной личный состав в количестве около 40 человек распределяется по оборудованным огневым позициям и занимает оборону.
Первую позицию по направлению к границе занимает политрук Сорокин со станковым пулеметом. К позиции почти вплотную подходит поле ржи. В группе политрука Сорокина в числе других пограничник Алексей Сергеевич Сафонов, артиллерист Борис Семенович Сошников.

Вторую позицию, обращенную к деревне Чилеево, занимает капитан Гриненко. В его группе старшина заставы сержант Илья Петрович Максимов, ефрейтор Василий Алексеевич Захаров, пограничники Николай Сергеевич Адарченко, Алексей Потапович Гнатенко и другие, всего чуть более десяти человек с ручным пулеметом.

Третьей позицией, в районе конного двора, командует замполитрука Моисей Самуилович Поволоцкий. В его группе, насчитывавшей около десяти человек, кавалерист Николай Николаевич Кокин, вожатый служебной собаки Николай Ильич Яхненко и другие.

Четвертая позиция выходила на опушку леса в тылу заставы. Командование здесь, несмотря на уже полученную контузию, принял младший лейтенант Богомаз, отошедший на заставу с остатками группы усиления.

7.00 — 9.00

Немцы неумолимо расширяют плацдармы у Колодно и Добранежа и выходят на галачевские высоты. Но немецкая мотопехота и основные силы 18–й танковой дивизии задерживаются у Буга, так как инженерные средства завязли в бездорожье и функционируют только паромные переправы. Тем не менее роты 101–го мотопехотного полка, не дожидаясь своих транспортных средств, выдвигаются дальше вперед и выходят на рокадную проселочную дорогу, ведущую к главному шоссе.

Однако продвижение мотопехоты наталкивается на внезапный огонь пограничников. Увлеченное вспыхнувшей перестрелкой, одно из подразделений 101–го мотопехотного полка преследует отступающих к Чилеево пограничников и по полю ржи выходит прямо на позицию политрука Сорокина.

Хорошо пристреленная позиция станкового пулемета, выдержка и хладнокровие пограничников, подпустивших врага на расстояние действенного огня, не оставили немцам ни одного шанса. На открытом поле остается лежать много убитых и раненых, в том числе погибший командир роты.

Немцы перегруппировываются, подтягивается подкрепление. Через луг, разделяющий деревню и городок заставы, прямо на позицию капитана Гриненко выдвигается новая атакующая группа. Здесь их также настигает фиаско: на лугу остаются лежать убитые и раненые, а уцелевшие не могут отойти под огнем пограничников. Тогда немцы собирают подвернувшихся под руку жителей деревни, в том числе стариков, женщин и детей, и под прикрытием этого живого щита отступают с луга.

На какое–то время активные боевые действия прекращаются. С обеих сторон раздаются лишь одиночные выстрелы — расстояние в некоторых местах не превышает ста метров.

Немцы пристрелялись по позиции, выходящей в сторону деревни. Пока пограничники выясняли, откуда бьет стрелок, от его пули погибают капитан Гриненко и пограничник Гнатенко. Наконец удается обнаружить стрелка, который укрывается за ближайшим к заставе домом. Сержант Максимов убирает его из снайперской винтовки.

В минуты тишины, повисавшей над заставой, еле–еле слышна канонада, уходящая все дальше на восток...

9.00 — 13.00

А 101–й мотопехотный полк все еще топчется на переправе: бездорожье не позволяет вовремя возвести понтонную переправу. Еще эта досадная задержка у Чилеево, где передовые роты полка действовали неосмотрительно и понесли слишком большие потери. Командование немцев решает покончить с возникшим локальным сопротивлением красноармейцев одним и решительным ударом. Ротам у Чилеево выделяются несколько орудий 88–го противотанкового дивизиона, четыре танка и дополнительно несколько пехотных взводов с минометами. Один из танков пограничники подрывают связкой гранат, и он останавливается.

От прямых попаданий загорается здание казармы, и находящиеся там тяжелораненые пограничники сгорают заживо. Раненые замполитрука Поволоцкий и кавалерист Кокин пытаются уйти от пожарища через пастбище и погибают от вражеских пуль.

Политрук Сорокин ранен во второй раз, в живот. Ранение тяжелое, как и выбор между пленом и смертью от своей пули. Иван Сорокин выбирает второе.

Оставшиеся в живых принимают решение на отход. Одна группа в количестве около десятка человек, среди которых пограничник Владимир Владимирович Зубенко, отходит мелиоративной канавой в сторону деревни Раковица. Другая — в составе тяжелораненого начальника заставы младшего лейтенанта Богомаза, сержанта Максимова и артиллериста Сошникова — уходит через пастбище и болото в сторону деревни Нехолсты.

...Через несколько часов казарма 5–й заставы догорела, оставив лишь покрытое пеплом от пожарища крыльцо с каменными ступенями. Cтупенями, по которым в страну ворвалась война.

Андрей ЕФИМЕНКО, исследователь истории пограничных войск.